Отар Кушанашвили — про Егора Крида и молодых звезд: «Утомленность внутричерепного устройства и мошоночная гематома»

Отар Кушанашвили — про Егора Крида и молодых звезд: «Утомленность внутричерепного устройства и мошоночная гематома»

Между прочим, это я вручал Егору Криду награду в номинации «Прорыв» на церемонии МУЗ ТВ, проходившей в благословенной Астане.
Я видел мильон таких, как Егор, и не знаю ни одного, кого бы жизнь не поставила на место.


Егор — парень видный, ладный, складный, перверсий и девиаций при общении я у него не обнаружил.
Младые, как — грустное — правило, «вольтеров не читали», артхаусное кино не смотрят, думая, что «хаус» и «хаос» — это одно и то же; удар не держат, стихи Бродского для них ребус, вне сцены очень часто они оказываются аспидами с грандиозным самомнением и куцым, повторяю, мыслительным репертуаром (из-за чего, собственно, им всем тяжко общаться с Отаром).
Крид не изменяет канону: он уже вовсю жалуется на нечеловеческую популярность, обернувшуюся непреодолимой утомленностью внутричерепного устройства и только что не мошоночной гематомой (так на мой вопрос, чем чреваты долгие гастроли, ответил однажды Илья Лагутенко).
Егор устал. Ну вот, значит, кто-то надоумил мирового, а на сцене, в те спорадические разы, когда микрофон включен, еще и огневого парня Крида Егора сходить в гости на шоу на федеральный канал.
Шоу элементарное: вопрос-ответ. Но проблема в том, что наши артисты (буду говорить на сей раз деликатно, не употребляя слова «ай-кью») всегда смотрятся там существами, доведенными до крайней степени мозгового переутомления.
Крида огорошили вопросом, кто такой Марк Аврелий, уже в самом начале, в эмбрионе программы, и он предположил, что это итальянский футболист.
Тогда же, в экспозиции, его попросили ответить, чем занимается Татьяна Лазарева. По нему было видно, что он не знает, кто это, однако ответить он решил спокойно: поет.
На вопросе про Максима Горького я зажмурился и правильно сделал: когда я открыл глаза, певун продолжал думать, но выглядел так, словно его сбил грузовик.
Горькому не повезло: его записали в депутаты.
Причем каждый раз ЕК ссылался на гастроли: мол, как всякий артист стратосферного уровня, я слишком занят, чтобы заниматься самообразованием и прочими семечками.
Но пока ЕК изо всех сил и вальяжно пытался транслировать «неисправимый дух невинности», его спросили о великолепном, как тбилисский рассвет, Челентано и о неизбежном и частом, как осенний дождь, Кобзоне.
Всю дорогу талдычивший, как мантру, что он слишком занят, чтобы обременять себя лишней информацией, младой артист предположил, что Челентано это кинорежиссер, а про Самого Кобзона сказал, что это наверняка депутат, с чем ведь и не поспоришь. Хорошо, не в «воры в законе» возвел.
Что вы, никакого «утомительного покровительственного конферанса», я просто сокрушаюсь, все при них, младых да ранних, — деньги и возможности, а вместо знаний — начетничество, и оно однажды свалится на башку, как покосившаяся этажерка. Конечно, будь я рядом, я сейчас бы отшлепал забавника и поставил бы в угол.
Я уже пытался объяснить ему, но времени на развернутые объяснения мне не хватило: когда тебя объявят сверхпопулярным, ты исподволь начнешь думать, что это синонимично статусу народного любимца, вослед за этой думой начнешь играть в Бога, а так недалеко до статуса маргинала, переходящего в зазнайский статус абсолютиста.
Но вы назовите мне хоть одного, пусть и состоявшегося, артиста, кто это мое цицеронство поймет, они ж обскуранты и невежи чертовы. Надо было давить на больное: сказать, что лучшие девушки любят парней с будущим.
Кстати, и сейчас Егору можно протянуть оливковую ветвь, не поздно, он очень, очень молод.
При этом он уже не настолько и юн, чтобы позволить себе роскошь выглядеть идиотом, недоделанным Бэтмэном, нуждающимся в лазерной коррекции лопоухости с пожизненной гарантией; какой-никакой, не недоросль — муж.

Отар КУШАНАШВИЛИ

Метки: , , ,

Добавить комментарий