Отар Кушанашвили — про футбол: «Не оплакивать же нас, уродов, в самом деле…»

Отар Кушанашвили — про футбол: «Не оплакивать же нас, уродов, в самом деле…»

Проиграли, но небеса ведь не обрушились, меня совершенно не занимают ни фото Артема с малохольным поклонником Пабло Эскобара, ни нелепая угроза депутата Лебедева, которого я знаю вот с таких лет, и он всегда был совершеннейшей тихоней, меня интересует, как люди с метра не попадают в ворота, почему Бухаров и Ерохин не умеют играть в самые узловые моменты, меня интересует, почему для общения с публикой, пусть даже кажущейся ему каверзной, главный тренер выбрал две модели общения — ерническую и грубословия.
Простой и при этом сногсшибательно эффективный прием Черчесова (а мы ведь с ним одной крови почти, не забывайте) заключается в том, что слова и поступки друг с другом никак не стыкуются.
Вся сюжетная линия под названием «Мы хотим выиграть Кубок и четко знаем, как это сделать» — как скверный полицейский фильм, снятый каким-нибудь Сариком Андреасяном: если у тебя в главном матче играют Бухаров и Смольников, вернее, НЕ играют, понятно ведь, что шансов у тебя не больше, чем у червя против лопаты, ибо проку от таких бойцов — как от ведра без днища, как от стеклянного молотка.
Те разговоры на пресс-конференциях, что мне довелось слышать, — это повседневный мещанский треп, приправленный четко артикулированными, но неуместными высокопарностями.
Одно накладывается на другое, и вот уже Черчесов после игры говорит, что «ничего не чувствует», Смолов плачет, у Самедова дрожит голос, на трибунах рыдают семьями, но главный тренер — кремень, он видит поступательное движение, его спрашивают про моменты, и он всякий раз отвечает, что «не видел, был занят другим».
Чем?
Вот это скверное подражание героям боевиков не станет охранной грамотой от афронтов. Потому что даже если не спорить, что ребята «играли сердцем», все-таки хочется, чтобы иногда они играли еще и ногами, еще и головой.
Вам надо осознать, что фобии современного болельщика не трогают СЧ совершенно, коммуникабельность он понимает по-своему, он ни разу не сентиментален, полагая это бредом для альфа-самца, ответы он сервирует в виде холодных закусок, иногда проперченных, по-бунюэлевски бесстрастно наблюдая за нашими гримасами, делая из поражения фарс («мне понравились все три игры»), — потому что не оплакивать же нас, уродов, в самом деле…
Я уже писал, что Мексика играла бездарно, и все в этот вечер было против нас, и играли наши неплохо, впервые за турнир, но ведь совершенно очевидно, что нет у команды естественной стати, которой не обучишься, наши могут брать свое только характером, но если флуктуация с девиацией происходят даже с воплощающим хладнокровие Акинфеевым, что уж говорить об остальных.
Васин во второй раз вляпался в историю, сначала дерби, сейчас этот псевдокунштюк с парнем, с которым они, похоже, работают тандемом (и скоро это станет мемом, как сказал бы товарищ Андронов).
Но на пресс-конференции, когда он пообещал, что пресловутая унылая серия закончится, я вспомнил поговорку «Валаамова ослица заговорила».
Но, повторяю, небеса не обрушились, никакой гнусной подножки судьбы не случилось, я лично отказываюсь шагать по угрюмой долине теней, это не мой путь, и вашим он быть не должен, мы не поражены страбизмом и абулией, и неудачи не должны завораживать нас, как флейта кобру, даже акинфеевская. Мы не годимся для того, чтобы взрывать ноосферу, но бороться-то мы можем, Смолов может, Самедов может, Головин, Джикия, извините, но это половина команды.
Которая играла лучше Мексики.
Но Мексика в полуфинале, а у нас — повседневный мещанский треп.

 

Отар КУШАНАШВИЛИ

Метки: , , , , ,

Добавить комментарий