Обзор от Отара Кушанашвили: «Уме Турман пошлость не к лицу, но, видимо, очень нужны деньги»

Обзор от Отара Кушанашвили: «Уме Турман пошлость не к лицу, но, видимо, очень нужны деньги»

ПРОЛОГ.

Я тоже знаю людей, склонных к мрачности, я знаю кучу людей, смотрящих на темную сторону, я знаю тьму тьмущую людей, которых привлекает тьма, знаю море людей, для которых оптимальная среда — темная меланхолия.
Некоторые говорят в том смысле, что все дело в биохимическом факторе.
Так или не так, но зима и весна, самое начало ея по крайности, выдались наипаче тяжкими в смысле обильных невознаградимых утрат.
Сейчас не о факторах надо думать, а о самосохранении в чумные, сумеречные времена.
Надо жить, не след, негоже, нельзя изводить себя отчаянием, вот в этом состоянии: «я уж весь во власти глубокого упадка духа» — в этом состоянии нет ничего хорошего.
Надо жить, есть ведь, есть ради чего и ради кого, и я для вящей убедительности стал еще внимательнее, когда пишу.
И дело даже не в незнании, «как слово наше отзовется», хочется ведь, чтоб отозвалось по-доброму, а в том, что сейчас, сегодня, здесь очень важны слова и поступки.
И обзор.

СЕРИАЛЫ.

«СТАЛЬНАЯ ЗВЕЗДА».
Чем страховиднее становится год от года ТИМ РОТ, тем он интереснее как актер.
Правда, набор ужимок у него не меняется, что спорадически выливается в кошмар под названием «Аферисты поневоле», где он не просто страхолюдина, но и кикимора форменная.
А в сериале, пропитанном непроглядным отчаянием, он играет шерифа, непробудного пьяницу, копа под прикрытием, у которого за старые грехи убивают сына.
Т.Рот играет глубоко несчастного человека, у которого время от времени случаются пароксизмы психические, гнева.
Его главная после убийства сына цель — уберечь жену и дочь, каждая из которых тоже по-своему патологичны.

«ХОРАС И ПИТ».
Сильнейший сериал, в каждой серии которого сущностные дискуссии о смысле жизни, сдобренные невероятно густым матом.
Но мат матом, а кому охота слушать порциями по часу слушать болтовню про бездны экзистенции?!
Кажется, этот сериал в России смотрел я один.
Он «не докучает моралью строгой», он — умный.

«КОРОНА».
Яснее ясного, почему КЛЭР ФОЙ, девушка с лучащимся взором, сделалась архивостребованной после этого сериала, где рассказ про монархию превратился в рассказ про высоту и низость человеческого духа.
Как аскеза сочетается с роскошью?
Как возможно разом быть провИзором и заплечных дел мастером? Как не обмишуриться, когда на тебя пялится весь мир?
Сериал воплощает дух эпохи, когда высокие стандарты ценились превыше всего.

ФИЛЬМЫ.

«22 МИЛИ».
МАРК УОЛБЕРГ всегда хорош, везде неизменно убедителен, у него в каждой роли глаза горят священным огнем высшей правоты.
У картины, как выразился бы королек этого жанра Тони Скотт, «амфетаминовый монтаж», он не докучает ригоризмом, у каждого, несмотря на окрас, своя правда.
Кино для бедовых мальчишек и девчонок.

«АФЕРИСТЫ ПОНЕВОЛЕ».
Первостатейный ТИМ РОТ начинает утомлять своими ужимками. И тем, что стал играть — повторяю, до зевоты однообразно — сплошных мразей, да еще претендующих на замысловатость.
УМЕ ТУРМАН пошлость не к лицу, но, видимо, очень нужны деньги.

«ПРИЗРАЧНАЯ НИТЬ».
Пола Томаса Андерссона я почитаю с той поры, когда с отверстым ртом посмотрел его «Магнолию»; Дэниала Дэй Льюиса уважаю еще пуще — с того самого дня, когда посмотрел «Во Имя Отца». Разумеется, со слезами и разинув рот.
Но этот фильм — для томных барышень с томиком Пруста и болтовней про суицид.
История сложносочиненных отношений самовлюбленного дамского портного, который разом бурбон, фанфарон, тиран, ребенок и придурок, с социумом, особенно с сестрой, которая способна и брательника закогтить и распатронить, и со своей половиной, к которой все относятся как к субретке, — эта история, конечно, по своему интересна, но не для такого подробного кино, заражающего в итоге глубоким упадком духа.

«МИССИЯ НЕВОЗМОЖНА: ПОСЛЕДСТВИЯ».
От того, в какой форме ТОМ КРУЗ, можно впасть в беспамятство.
Думаю, барышни тотально так и делают.
А карнавальная свистопляска с вертолетами в конце — такое даже Содерберг не снял бы, а Бондарчук не снимет никогда.

«ПРИМАДОННА».
Кстати — о Мэрил Стрип.
20-ая (ДВАДЦАТАЯ!) номинация на «Оскар».
Сколько всего уже сказано об этой актрисе, а сколько еще будет, а она не перестает ненастье превращать в благорастворение воздухов, вынуждает улыбаться, плакать, смеяться — одновременно.
Фильм занятный, Стрип роскошна.
Когда ее героиня, жалкая и блаженная разом, в конце улыбается — «в мире утверждается ненастье ее темных глаз».

МУЗЫКА.

НАТАЛИ КОУЛ.
Неизреченно прекрасна Натали Коул, когда поет не сфорцандо, а пианиссимо.
Она — не Арэта Франклин, ейный голос не такой многомерный, как голос опочившей Легенды, которая, казалось, способна была пропеть даже прозу Набокова.
В музыке нонешней в пику когдатошней ритм не просто потеснил, а и вовсе вытеснил мелодию, а вот на этой территории равных Коул очень мало.
Ее сладкий голос помогает воспарить над землей.
Надо слушать, когда ходульность, царящая окрест пытается на вашем настроении поставить крест.

ВАНЕССА ПАРАДИ.
«LЕS SОURSЕS».
Барышня повзрослела, подурнела, и, скажем прямо, едва ли оный альбом вы захотите переслушать, он донельзя слащавый.
Когда она девочкой-припевочкой что-то пыталась выпевать, покоряло то, что она — девочка-припевочка.
Но когда женщина, которой чуть меньше, чем Мэрил Стрип, выдает себя за гордую приверженку романтичного альковного музыкального мировоззрения, это неловко, как походка Конана Макгрэгора перед боем с Хабибом и походка после.
Можно разок послушать в ненастный день.

АДРИАНО ЧЕЛЕНТАНО.
«АДРИАН».
Челентано — 81 год!
81!
А он исполнен силы и огня, вкуса и гармонии.
И беспримерного достоинства.
Челентано умеет качественно воплотить дух любой эпохи, и даже в 81 он козыряет пробивной витальностью, как я в мальчишеские 448.
Лицедей с темпераментом Кушанашвили, умеющий в некоторых песнях быть отстраненным, как селезень на пруду.
В 81 он не надувает щеки, остается живым диамантом, живущим с таким видом, будто готов, у райских ворот встретившись с Творцом, сказать ему: «Старичок, а при личном знакомстве ты гораздо интереснее».

ЭПИЛОГ.
Вот так и должны писаться обзоры, как снят «Побег из тюрьмы Даннемора», — одновременно с энергией видеоклипа и композиционным совершенством классической живописи.
Но даже при том, что далеко, далеко не все энергичны, как я, абулия категорическим образом неприемлема.
Как недопустима вакханалия; надо жить с умом, правильно оценивая обстоятельства и свое место в этих обстоятельствах.
Не забывайте, что у удали есть мрачная разновидность — надрыв.
Читайте, слушайте, смотрите, берегите себя, петиметры и вакханки, лелейте свою психическую сохранность, долой инфлюэнцию и прочие заразы, даешь Отарика и весну в ее самом лирическом изводе.

Отар КУШАНАШВИЛИ

Добавить комментарий