Алексей Бардуков: Когда влюбился в Анну Старшенбаум, погрузился в атмосферу блаженства

Алексей Бардуков: Когда влюбился в Анну Старшенбаум, погрузился в атмосферу блаженства

Актер Алексей Бардуков дебютирует в сериале «Крыша мира» на СТС. В новом проекте Алексей впервые встретился с племянницей своей жены Анны Старшенбаум – Ириной. Об этом, а также о том, где научился доить коров, почему ему не давали спать плохие парни в Америке, о магии чисел, которая преследует его в жизни, Бардуков рассказал в откровенном интервью ProZvezd.

 

«Манипулировать мной никто не будет»
– Мой герой в «Крыше мира» – молодой человек, который думает, что он знает о своей жизни все, – первым делом начал актер. – Его все устраивает, он живет в своей зоне комфорта и особо не напрягается. Ярослав – скромный, немножко нудный, среднестатистический работник муниципальной управы. К тому же у него есть любимое занятие – он занимается реконструкцией рыцарских боев. И вдруг в его жизни появляются непонятные люди – герои Ильи Глинникова и Иры Старшенбаум – и переворачивают его жизнь вверх тормашками. Он впервые в жизни влюбляется, а рядом с ним появляется человек с бешеной энергией, который показывает ему другую сторону жизни. Ярик открывается этому, выходит из зоны комфорта – и это замечательно. Он сдвигается с мертвой точки, преодолевает свои комплексы, страхи, делает то, чего раньше никогда не делал. Да, сначала не все ему нравится, но потом он понимает, что это – именно то, что ему нужно. Энерджайзером и генератором идей был герой Ильи Глинникова.
– На съемочной площадке Глинников вел себе так же?
– Илья достаточно спокойный и думающий человек. И отношения у нас сложились замечательные, мы по-настоящему сдружились, между нами ни разу не возникло недопонимания. У каждого к моменту съемок, конечно, был свой жизненный опыт, и мы находили общие темы и точки соприкосновения. Вообще мне повезло с партнерами: Илья – замечательный подвижный артист, а Ира – очень талантливая актриса, молодая, перспективная.
– Вы смогли бы впустить в свою жизнь незнакомого человека, да еще и такого активного, как герой Глинникова Миша?
– Мне такое сложно представить. Я вполне самодостаточен и знаю, что мне нужно. Конечно, я умею прислушиваться к людям, но манипулировать мной не получится.
– Что было самым сложным на съемках?
– Высоты я не боюсь, поэтому съемки на крыше дискомфорта не доставляли. Тем более я год назад прыгнул с парашютом. Сложнее всего было не выпасть из этого ритма, потому что я первый раз участвовал в таком плотном съемочном процессе. Формат работы не предполагал времени, чтобы остановиться, поразмыслить, нужно было быть максимально собранным. После съемок сезона мы поняли, что даже пива ни разу не выпили вместе за все время, так как все были поглощены работой.

 

Алексей Бардуков
кадр из фильма «Крыша мира»

 

«Могу и корову доить, и морковку вырастить»
– Герои по сценарию переделывают старую квартиру в модное место, приходилось ли вам делать такой ремонт?
– Я очень люблю что-то делать руками, но, к сожалению, такого глобального ремонта в жизни еще не было. Кстати, я гостил в квартирах, которые были модно, по-дизайнерски переделаны. Одна из них тоже была на последнем этаже с выходом на крышу. И я понял, что это очень круто, если ты не живешь в такой квартире, а приходишь туда в гости. Тусовки, новые люди – это классно, но постоянно существовать в таком ритме для меня тяжеловато. Может, это оттого, что я в детстве жил в трехкомнатной коммунальной квартире вместе с двумя другими семьями. Мы жили впятером в одной комнате: старший брат, сестра, мама, я спали на одной кровати. Может, поэтому квартиры, где постоянно есть ощущение общежития, мне не нравятся.
– А каким вы представляете свое идеальное жилье?
– Свой дом за городом. В детстве каникулы и праздники я проводил в деревне у бабушки, где поля, луга и свое хозяйство. Поэтому знаю: если поселюсь в деревне, то смогу всем себя обеспечить – и корову подоить, и вырастить картошку, морковку. Наверное, и дом построить смогу, я знаю, как поставить фундамент, сделать сруб, крышу перекрыть. Для меня это несложно. На своей даче я делаю много вещей сам, даже косить косой умею, хотя у меня давно есть электрическая газонокосилка. Однажды это мне и в съемках пригодилось – я играл сына олигарха, который поругался с папой, уехал от него в деревню и там впервые брал в руки косу. Вот я там хорошо перед камерой покосил (смеется).
– Если бы вам, как вашему герою, досталась квартира в наследство, что бы вы с ней сделали?
– Это, конечно, совершенно фантастические обстоятельства, но я бы, наверно, в ней жил, потому что я снимаю жилье уже долгое время. Но если бы это была безумно большая и дорогая квартира, я бы ее продал, купил бы всем своим родственникам по квартире и оставил бы деньги для ребенка. На самом деле можно сколько угодно фантазировать, но хостел делать я бы точно не стал.

 

Крыша мира
Мне повезло с партнерами: Илья – замечательный подвижный артист, а Ира – очень талантливая актриса, молодая, перспективная.

 

«В США скучал по тишине»
– Жили ли вы когда-нибудь в хостеле?
– В хостеле – нет, но жил в гостинице «Картер» в центре Нью-Йорка. Мы ездили туда в тур с театром и провели в этом отеле две ночи. Да, он находится в самом центре Манхэттена, но это было просто ужасно (смеется). Когда ты заходишь в номер, кажется, что оттуда кто-то только что выехал, постельное белье осталось то же, везде какие-то окурки, кровь на стенах, входная дверь не запирается. Ночью в коридоре происходили какие-то разборки местных парней с полицией. Не знаю, насколько это можно сравнить с хостелами, скорее общага какая-то непонятная.
– Что еще, помимо жилья, запомнилось в Америке?
– В Штатах я был дважды – первый раз это было на гастролях, мы месяц катались по США, проехали по 14 городам, объездили сначала все восточное побережье, начиная с Атланты, были в Бостоне, Нью-Йорке и Вашингтоне, Чикаго. А потом перелетели на запад, в Калифорнию, побывали в Лос-Анджелесе и Сан-Франциско. Там-то мои мечты детства – Диснейленд, Юниверсал Студиос – сбылись по полной программе. Калифорния понравилась невероятно – там постоянно есть ощущение, что ты находишься в декорациях фильма, я существовал как во сне. Но самое яркое впечатление от Америки конечно же – Нью-Йорк. Это страна в стране, целый отдельный мир с бешеной энергетикой. Помню, как мы в 4 утра вышли на Манхэттен, разбрелись по одному и полчаса просто стояли, впитывая эту энергию, это было что-то новое и неописуемое.
– Хотели бы поработать там?
– Поработать – да, с удовольствием, а вот жить я бы там не хотел. Потому что спустя месяц гастролей я уже начал скучать по тишине, спокойствию, по нашим просторам, нашему менталитету. Все-таки мы мыслим по-другому и, наверное, не можем до конца понять друг друга. Чтобы там жить свободно, легко, мне надо было бы себя очень сильно переделывать и перебарывать.
– С чем, помимо названия сериала, у вас ассоциируется словосочетание «крыша мира»?
– Наверно, вершина достижений, ощущение счастья. Блаженство, свобода…
– Ощущали ли вы себя на такой «крыше мира»?
– Да, когда влюбился в свою жену, я с головой погрузился в постоянное ощущение какого-то блаженства и счастья. Для меня это что-то свыше, можно и так сказать.
– В «Крыше мира» вы снимаетесь вместе с племянницей вашей жены Анны Старшенбаум – Ириной, вы обсуждали с супругой работу Иры?
– Нет. Аня и Ира впервые увиделись как раз на съемках «Крыши мира», до этого они не общались.
– Ваш сын родился 11.11.11. Верите ли вы в магию чисел?
– Не то чтобы верю, но присматриваюсь, прислушиваюсь. В этом все-таки что-то есть: звезды, числа что-то да значат в нашей жизни. И посмотрев «Интерстеллар», я еще больше убедился, что все это действительно существует и влияет на нас. Так что можно сказать, что верю в числа. И гороскопы периодически читаю. Иногда даже что-то совпадает (смеется).
– Чем больше всего вам нравится заниматься с сыном?
– Просто быть с ним, играть, смотреть мультики, спать. Пока что он не тяготеет ни к чему конкретному вроде музыки или спорта, но он, как любой ребенок, тянется ко всему новому и интересному. Он постоянно хочет общаться с нами, со взрослыми. И даже не очень любит ходить в садик – ему интересней со старшими.
– К современным технологиям тянется?
– У него есть айпад, но так как мы практически не ограничиваем его в использовании, то сын им и не злоупотребляет. Ему больше нравится непосредственное общение, игры, прогулки.
– А много ли в вашей жизни новых технологий, социальных сетей?
– У меня есть инстаграм, фейсбук, но я пока не определился со своим отношением к соцсетям. С появлением семьи, ребенка приоритеты изменились. Не всегда есть время и желание. Больше хочется домой, к семье, к сыну, смотреть на то, как он растет, а не пялиться в экран телефона. Да, через фейсбук можно участвовать в жизни друзей, видеть, как у них дела. А инстаграм – уже не просто сервис с фотографиями, а прекрасная площадка для общения со своей аудиторией. Глупо отрицать их важность и полезность, но иногда это отвлекает и не дает раствориться, почувствовать какие-то мгновения жизни по-настоящему. Например, на дне рождения ребенка выносят торт, он задувает свечки, а родители лезут за телефоном и смотрят на все через экран, а не присутствуют рядом в полной мере. Это мне кажется не очень правильным. Вот когда я прыгал с парашютом, то взял с собой оператора, который летел рядом и все снимал. Однако потом я понял, что подпортил себе впечатление от первого прыжка, упустил момент свободного падения, потому что работал на эту камеру. Это минус, а то, что видео на память осталось, это плюс.
– Понравилось ли прыгать с парашютом?
– Да, но не настолько, чтобы снесло голову, как, например, от театра в свое время.

 

Алексей Бардуков
Пока сын не тяготеет ни к чему конкретному вроде музыки или спорта, но он, как любой ребенок, тянется ко всему новому и интересному. Он постоянно хочет общаться с нами, со взрослыми. И даже не очень любит ходить в садик – ему интересней со старшими.

 

Метки: , , , , , , , , ,

Добавить комментарий